
В плену вседозволенности
В плену вседозволенности
Эрика Эллис доступна каждому, каждый вечер по телевизору – новости в пять тридцать и затем снова в шесть часов. Зрители думают, что знают ее.Но они не знают её так, как я.Я наблюдаю за ней – пристальнее, чем другие – не только по новостям, но каждый час дня и ночи. Понадобилось время, но я узнал ее график и ее секреты. Я знаю, в чем она нуждается.Я воплощу все ее фантазии в реальность, даже те, которые она до сих пор не осознала. Я научу её, что в подчинении есть власть. Она поймет, что ей не нужны похвалы от зрителей и мира. Ей не нужно прихорашиваться и репетировать. Моя похвала – вот ради чего она будет жить. Связанная и беспомощная – только в таком виде она сможет, наконец, почувствовать себя свободной.Истина за сценическим макияжем и закадровым смехом заключается в том, что она – моя, и она не сможет это изменить.Она не знает о моих планах.Но это не страшно.Она узнает.Время делать первый шаг.Я – Виктор Кросс, единственный, кому это по плечу.
Эрика Эллис доступна каждому, каждый вечер по телевизору – новости в пять тридцать и затем снова в шесть часов. Зрители думают, что знают ее.Но они не знают её так, как я.Я наблюдаю за ней – пристальнее, чем другие – не только по новостям, но каждый час дня и ночи. Понадобилось время, но я узнал ее график и ее секреты. Я знаю, в чем она нуждается.Я воплощу все ее фантазии в реальность, даже те, которые она до сих пор не осознала. Я научу её, что в подчинении есть власть. Она поймет, что ей не нужны похвалы от зрителей и мира. Ей не нужно прихорашиваться и репетировать. Моя похвала – вот ради чего она будет жить. Связанная и беспомощная – только в таком виде она сможет, наконец, почувствовать себя свободной.Истина за сценическим макияжем и закадровым смехом заключается в том, что она – моя, и она не сможет это изменить.Она не знает о моих планах.Но это не страшно.Она узнает.Время делать первый шаг.Я – Виктор Кросс, единственный, кому это по плечу.
